Время новостей
28 Января 2003

О вреде мазохизма.

Вместо журнального обзора.
   Первые номера "Знамени" и "Нового мира" смотрятся достойно.
Подборки стихов Инны Лиснянской и Анатолия Наймана ("Новый мир"),
Беллы Ахмадулиной и безвременно скончавшегося Бориса Рыжего ("Знамя");
"Большая книга рассказов" Евгения Шкловского и "Малая книга рассказов"
Дины Рубиной плюс рассказ последнего букеровского лауреата Олега
Павлова "Вниз по лестнице в небеса" ("Новый мир"), рассказы Ирины
Полянской ("Знамя"), статьи Натальи Ивановой ("Террор + ТВ как
новейший отечественный проект" "Знамя") и Юрия Каграманова
("Exploratoribus laus. Неизвестное об исламе" "Новый мир"),
в "Знамени" публикация из "ахматовского" дневника Лидии Чуковской,
в "Новом мире" из поденных записей Игоря Дедкова... Нет романов,
но зато в последнем прошлогоднем "Континенте" (№114) славная
повесть Нины Горлановой и Вячеслава Букура "Лидия и другие".
Там же стихи Натальи Горбаневской, публикация книги Василия Шульгина
"1921 год", дневник солдата-срочника Ильи Анпилогова "Уроки армии
и войны, или Хроника чеченских будней". Все эти сочинения стоят
разговора, но... Не получается. Почему? Будет ясно по ходу дела.
   Много лет назад Николай Глазков сочинил смешную вариацию на
тему "Ворона" Эдгара По. Герой спрашивает зловещую птицу о том,
будет ли он счастлив, вытанцуется ли что-нибудь у друзей, можно
ли вообще ждать чего-нибудь сносного, а вещун ответствует в духе
оригинала только раскатистое Nevermore заменено свинцовым
русским аналогом. Ну и развязка. Я спросил: "Какие в Чили/ Существуют
города?"/ Он ответил: "Никогда!" / И его разоблачили. Урок
не впрок заместители черного ворона свое дело знают. Если
социологу Льву Гудкову будет задан любой вопрос (Какой сорт вина
вы предпочитаете зимними вечерами? Сколько будет трижды восемь?
Как пройти в Третьяковку), будьте уверены в ответ рухнет глухое
Никогда. Нам сообщат, что литературные журналы влачат жалкое
существование, что лучше читать любой западный ширпотреб, чем
что-либо написанное сейчас в России, и что мерзее отечественных
писателей только возросшие под родными осинами критики. Песня
эта исполняется лет пятнадцать повсеместно. В том числе в конференц-зале
январского "Знамени", где обсуждают проблему "Литература non
fiction: вымыслы и реальность". Вот и обсуждают Михаил Айзенберг,
Сергей Гандлевский, Игорь Клех, Александр Чудаков... Кто интереснее
говорит, кто тривиальнее, но о предмете. Но звучит в два миллиона
шестнадцатый раз гудковское Никогда! К Гудкову вопросов нет.
Последовательность достойна уважения. Катон Старший любую речь
завершал требованием разрушить Карфаген. Не берусь судить, сколь
разумной была позиция угрюмого цензора, но замечу: речи он произносил
в римском сенате, а не в соответствующей властной институции
Карфагена. На чужой роток не накинешь платок, но приглашать собственного
похоронщика это не самокритика, а мазохизм. Редакция вольна
наслаждаться, как ей заблагорассудится, но есть ведь и читатели.
Те самые, которым год за годом втюхивают: нас (вас) мало, да
и тех нет. Раз нет, чешет в затылке читатель, у которого нет
ни охоты, ни досуга вникать в тонкости "самокритики", так
нет. Сами говорят. И с чего это мне быть убогим? И не возобновляет
подписку если он просто читатель. И принимает решения, отнюдь
не споспешествующие процветанию республики словесности, если
он облечен властью. При многолетнем засилье "воронье-похоронной"
музыки нам надо благодарить Бога за то, что кто-то еще читает
по-русски. А читателю нашему в ноги кланяться.
   Так нет же! "Нулевые годы: ориентация на местности" так
называется программная (и блестящая) статья главного редактора
"Знамени" Сергея Чупринина в первом номере ведомого им журнала.
В статье масса проницательных суждений о премиальном мороке,
о разобщенности литераторов, о дикой издательской политике, об
Эдварде Радзинском, заседающем в Совете по культуре и искусству
при президенте РФ вместе с Ларисой Долиной и Николаем Расторгуевым,
об адюльтере писателей с масскультом, о так называемой "антибуржуазности",
что буржуазна в самом поганом смысле до мозга костей, о
"новых левых", которые на днях переквалифицировались в "новых
правых" (оставшись корыстными и невежественными хамами), о подступающем
отчаянии и гордом стоицизме. Сориентировались "нулевые" у
нас годы (не цифирь имеется в виду). И не поспоришь Чупринин
сам пишет: "...незачем твердить, называя имена и произведения,
что русская литература сейчас в нехудшей, в общем-то, форме".
Но это ни-че-го-шеньки не значит. Потому как "нулевые годы",
замкнутость на себя писательского круга, равнодушие к читателю,
самозабвенная неприязнь литераторов друг к другу, Татьяна Толстая,
"подсевшая" на Донцову, и переманенные из журналов издательствами-монстрами
"звезды" Дмитрий Липскеров с Людмилой Улицкой... Да кто же
на такой помойке жить станет?
   Не знаю, на сколько процент завистников и мизантропов в писательской
среде превосходит среднестатистический, знаю (видел-слышал
неоднократно), как конкретные писатели радуются успеху собратьев.
Не знаю, кто именно из писателей о читателе не думает и сочиняет
в "никуда", среди моих знакомых (в изрядной части "знаменских"
авторов) таких нет. Не знаю, с какой радости Липскеров (тиснувший
первый роман в "Новом мире", а дальше аккуратно журналами бортуемый)
попал в "звезды" и кто, кроме самого Липскерова и Чупринина,
с этой трактовкой согласится. Не знаю, такой ли уж утратой для
"Знамени" стало книжное издание "Кыси" романа, может, и успешного,
но разруганного изрядным количеством несхожих экспертов. (Не
будь Толстая влиятельной фигурой в тусовке и много чьей приятельницей,
скепсиса было бы еще больше.) Не знаю, зачем "Новый мир" систематично
печатал пошлости Улицкой, выковывал имидж авторессе, место которой
на одном лотке с Радзинским. (Впрочем, сию сверхуспешливую при
любых властях "звезду" печатает "Октябрь" и нужно это Радзинскому
не меньше, чем журналу.) Не знаю (и знать не хочу), зачем бесперечь
лгут "продвинутые" журналисты, которые, согласно Чупринину, просто
описывают реальность, данную нам в ощущениях, знаю, что ощущения
эти не "даны", а навязаны. Не знаю, действительно ли Чупринин
редактирует наш лучший журнал исключительно из стоицизма или
все-таки, работая с литературой, ощущает и радость игры, и императив
служения. Вру тут-то знаю: ровно так все и обстоит. И для
меня это обстоятельство решительно меняет картину.
   Да, нам есть от чего в отчаянье прийти. Но лучше повременим.
Похоронщиков (тянущих одеяльце на себя либо боящихся отстать
от комсомола) без нас хватит. А на песке строим мы дом (недавно
прочел о себе такую мудрость) или на фундаменте великой традиции,
покажет время. "Пройдет несколько десятков лет и некоторых
современных писателей (которых большинство не знает, а кто знает,
не считает великими) назовут гениями первой величины". Это не
я ("заинтересованное лицо") говорю это говорит в "знаменском"
конференц-зале доктор физико-математических наук, профессор Александр
Абрамов. И даже если наши оценки новейших писателей резко расходятся
(что возможно вкусы профессора Абрамова мне неведомы), слова
его дорогого стоят.
   Андрей НЕМЗЕР.





взыскание по решению суда