Комсомольская правда
17 Января 2003

Шульгину с валерией осталось поделить только детей.

Ольга САПРЫКИНА.
   Известный продюсер комментирует скандальную историю своего
развода.
   В прошлом году самым главным скандалом в музыкальной тусовке
стал развод певицы Валерии и Александра Шульгина. Брак Валерии и
Александра, который считался идеальным, завершился некрасивыми
разборками. Постоянно шли суды между супругами: о разводе, о
разделе имущества, о правах на песни... На этой неделе скандал
вспыхнул с новой силой. В среду в Лефортовском народном суде вновь
скрестили шпаги адвокаты обеих сторон. На сей раз предметом спора
стали дети. Старшая Анечка и сыновья Арсений и Артем вот уже год
живут у родителей Валерии в Аткарске. Отец к общению с детьми не
допускается.
   За все это время сам Шульгин не дал ни одного интервью прессе.
Когда после первого судебного заседания он попал в больницу, я,
придя к нему, пыталась уговорить: ты должен дать комментарий.
"Нет, - отвечал Шульгин. - Я мужчина. Лера все поймет, и мы опять
помиримся".
   Прошел год. И Шульгин сам понял, что ему нужно расставить все
точки над "i". Эксклюзивное интервью Александр решил дать нашей
газете.
   - Я не собираюсь ничего комментировать из своей личной жизни, -
огорошил меня Шульгин с первой фразы. - Знаю, многие ждут
обыкновенную перепалку. Этого не будет. Я специально хотел
переждать, когда страсти поулягутся, чтобы вести спокойный
разговор. Мы прожили с Лерой 13 лет - и выкинуть их из жизни
просто невозможно.
   - Год назад ты сказал, что  эта ситуация для тебя - полная
неожиданность. Сейчас ты понял, что случилось?
   - В принципе я и тогда воспринимал факты, но по-человечески все
это принять не мог. Но все же поступлю как человек мудрый: я беру
всю ответственность на себя. Это именно я  что-то недосмотрел в
наших отношениях.
   - Что именно?
   - У меня был очень сложный период в жизни. Я думаю, что очень
многие люди, когда подходят к возрасту Христа, испытывают
подобное. У нас это модно называть "кризисом среднего возраста". К
тому же у меня этот возраст совпал с серьезным финансовым
испытанием. Когда у тебя в управлении находятся крупные суммы
денег, которые даже по нынешним масштабам очень немаленькие, это
непросто.
   - Всем бы такой кризис!
   - Не скажи. Меня тогда - а это был год 93-й - 94-й - совершенно
заносило. Сейчас я того Шульгина очень не люблю. Я-то первый стал
все рвать с тем Шульгиным. Понятно, что изменения даются не сразу.
Мне-то казалось, что все должны были видеть эти изменения, а
оказалось, Лера их не обнаруживала, хотя главная заслуга в этих
изменениях - ее. - Но ведь кризис, по твоим словам, был году в
94-м, а заявление о разводе появилось восемь лет спустя. Зачем
было так долго ждать?
   - Представь такую ситуацию. Ты отдыхаешь на острове. Что-то
тебя не устроило в партнере, и ты решила поменять компанию. Да вот
беда: сегодня - среда, а самолеты летают только по субботам. Ты
берешь билет на субботу и терпеливо ждешь этого дня, а пока ведешь
светские разговоры. Мое ощущение, что с Лерой было то же самое.
Она давно сделала свой выбор и просто ждала своего рейса...
   - А ты этого не чувствовал?
   -  Не знаю, понимает ли Лера, что такой билет - всегда билет в
одну сторону. Надеюсь, что осознает. А я, конечно, чувствовал, что
происходит что-то не то. Но что именно - понять не мог. Я начинал
копаться в себе: что я неправильно сделал.
   - Ты не ожидал,  что развод  будет проходить с таким надрывом?
   - Абсолютно не ожидал. Я ей очень доверял. Мне казалось, что
еще чуть-чуть, и все установится, трещинка затянется. Поэтому,
когда из газет узнал о  разводе, я был в шоке.
   - Тогда ты был уверен, что все еще можно решить миром...
   - Я так думал очень долго. Если бы за месяц до этой шумихи мне
рассказали о подобном развитии событий, я бы не поверил.
   - За прошедший год вам удалось с Валерией спокойно поговорить
об всем?
   - Нет. Она со мной не общается. В суд ходят ее доверенные лица.
В феврале прошлого года у меня была поездка в Аткарск, где тогда
жила Лера и где до сих пор живут наши дети. Тогда она поговорила
со мной минут двадцать, но диалога не произошло. До сих пор от
меня пытаются скрыть ее местонахождение в Москве. Хотя я и не
стремлюсь ее найти. Потому что это ее личная жизнь, зачем мне в
нее вторгаться? В те моменты, когда Лера бывает в Аткарске,
разговор происходит примерно так: я говорю "Алло", и  Лера кладет
трубку.
   - А с детьми ты общаешься?
   - Нет. Хотя пытаюсь им дозвониться постоянно. Только однажды,
когда старшая Анютка была одна дома, а младший Сеня спал, мне
удалось поговорить с детьми. Анютка так обрадовалась! Мы с ней
проговорили больше двух часов. За это время я почувствовал, как
она скучает, насколько мы стали ближе. Потом я пошел к детскому
психологу, и он подтвердил мои ощущения:  в таких ситуациях дети
не только не забывают отца, а напротив, идеализируют его образ.
Потому что нет бытовой отрицательной информации: "Иди помой руки",
"Сделай уроки!" и т. п. И я действительно почувствовал, что моя
девочка стала мне ближе. Я принципиально не касался вопросов о
разводе, о маме... После этого разговора я немного успокоился,
если это можно так назвать. Я понял, что мои ребятишки не
изменились. Все, чего я хочу, чтобы дети имели обоих родителей.
Или хотя бы возможность общаться с одним родителем в отсутствие
другого.
   - Ты прогнозировал, как закончится этот конфликт?
   - За прошедший год вышло более 300 статей, после которых
человек должен просто умереть, прошло больше 30 судебных заседаний
- и это только то, что на виду. Но, знаешь, у меня есть совершенно
твердое убеждение: вся эта история должна закончиться хорошо. Не
знаю, как, не знаю, когда, но все будет хорошо. Больше ни о чем не
спрашивай, подробностей даже я сейчас просто не знаю!





HTTP proxy


HTTP proxy
Это наиболее распространенный тип proxy серверов и говоря просто "proxy", имеют в виду именно его. Раньше с помощью этого типа proxy можно было только просматривать web страницы и картинки, скачивать файлы. Теперь же новые версии программ (ICQ и т.п.) умеют работать через HTTP proxy. С этим типом proxy умеют работать и браузеры любых версий.